Понедельник, 28. сентября Sergejs, Svetlana, Lana

Ты – Латвия!

Ты – Латвия!
18.11.2007 13:14

0

Atslēgvārdi

Каждое 18 ноября в Латвии – праздничный день, когда мы радуемся, что у нас есть свое свободное государство. Этот день заставляет вспомнить истоки нашего государства, его историю. Искать ответы на вопросы о нашем будущем. Что произойдет с этой страной, когда в сады вечности уйдут не только создатели свободного Латвийского государства, не только участники движения сопротивления, жертвы Сибири и Гулага, но и те люди времен третьего Пробуждения, которые были не только свидетелями восстановления государства, а отдали ему всего себя, все свои душевные силы? Смогут ли через веяния мира молодые сохранить тот латышский дух, который так свят для старшего и среднего поколения?

Станут ли они, поддавшись течению глобализации, частью граждан мира, а Латвия – одним из многих экзотических топонимов в мире? Что Латвия сегодня означает для каждого из нас?

Об этом накануне 89-летия существования Латвийского государства свое мнение выразили участник молодежного движения сопротивления «Курса», священник Арнольд Штернс, командир школы водолазов, капитан-лейтенант Андис Бокумс, ученица 8-го класса 10-й средней школы им.Я.Чаксте Агнесе Янсоне и директор Лиепайского музея Даце Каркла.

 

Что для меня Латвия?

Арнольд Штернс: Я представитель старшего поколения. Ходил в основную школу дружеского призыва 28 января и воспитывался в крепком национальном духе. Но больше всего то, что для меня Латвия, ощутил, когда был с нею разлучен. Более семи лет в Воркуте, в советском концентрационном лагере под землей пропал уголь. Тогда и ощутил сильнее всего, что такое Латвия. Если у человека хлеба вдоволь, он даже и не знает, насколько он вкусен. Только тогда, когда его нет, он понимает его ценность.

И еще. Я все дела связываю с нашим Создателем. С Богом. В справочнике нашей жизни говорится, что Бог установил время и границы, где каждому народу жить. Считаю, что Латвия для меня и моего народа – дар Божий. И каждый дар имеет огромную ценность. Я не могу этот подарок продать или отдать кому-то другому. Это подарок, его надо беречь и хранить. Я горжусь, что могу принадлежать к этому народу. И испытываю ответственность за его сохранение. Когда в 1947 году уничтожили движение сопротивления  учащихся Лиепайского техникума «Курса», участником которого я являлся, мне было 16 лет.

Андис Бокумс: Я представитель среднего поколения, мне 37 лет. Я родился в советской Латвии, не в свободном государстве. В школе изучал историю Латвии, но не такую, какой мы ее знаем сейчас. Я рад, что у меня была возможность посмотреть фильм «Стражи Риги». И приятно удивлен, что в наши дни создаются такие патриотические фильмы. Этот фильм советую посмотреть всем молодым людям.

Я в принудительном порядке побывал и в советской армии, служил в Мурманске. Когда меня туда отправили, не понимал, почему меня туда увезли, что я там делаю, почему я там должен быть. Тогда больше всего ощутил, что означает дом, Латвия. У меня было желание служить. Но не в армии, которая чужда моему народу. Это я и осуществил, когда оттуда вернулся.

Я воспринимаю Латвию как единое целое. Она для меня означает также дом, службу, семью. И в семье стараюсь как можно больше держать в почете латышский дух. Мать была сослана в 1949 году. Эта боль идет из поколения в поколение. Мне не чужды патриотические чувства.

Агнесе Янсоне: Я патриотка. Пошла на парад 11 ноября. Смотрела, как шагают наши воины, как чествуют борцов за свободу, Калпакса на Северном кладбище. Это меня очень взволновало. Пришлось задуматься, насколько важна для них и всех нас Латвия. Возможно, на мое отношение к Латвии повлияло то, что отец моего дедушки боролся за независимость Латвии. Очень уважаю тех людей, которые боролись за Латвию и ради нее погибли. Мне радостно, что есть такая свободная Латвия. Сама состою в организации яунсаргов. И в семье мне рассказывали о том, что в нашей стране происходило, что она пережила. Для меня само собой разумеется, что Латвию надо уважать.

Однако могу откровенно сказать: большинство моих одноклассников и другие дети моего возраста не воспринимают Латвию как нечто значимое для них. Говорят: «Ну, страна как страна. Живем здесь. Что тут особенного?» Многие не знают, что такое день Лачплесиса. Доводилось даже слышать, что Лачплесис – это человек, который в зоопарке ухаживает за медведями, или другая версия – человек с большими ушами. Возможно, это потому, что нас в школе ничему об истории Латвии не учат, на уроках рассказывают что-то о каких-то египтах и других далеких странах. Об этом значимом для государства празднике и событиях в школе не говорят – ни на уроках истории, ни на классных часах. И в честь дня Лачплесиса никаких мероприятий не проводится, по крайней мере для восьмых классов.

Арнольд Штернс: Когда я ходил в основную школу и в техникум, у всего класса было желание, пыл отмечать государственный праздник. Помню: в праздник идем в школу и уже издалека слышим, как в техникуме играет патефон и звучат песни. Мы тогда гордились, что у нас есть государство. У каждого на лацкане пиджака был значок – флажок. Сейчас даже на домах флаги не вывешивают.

Андис Бокумс: Я тоже у дочери спросил, преподают ли им историю Латвии. Оказывается – нет. И моя в восьмом классе. В 14 лет дети уже достаточно взрослые, чтобы быть в состоянии анализировать, понять, что такое наше государство, какова его история, как оно сформировалось. Даже в четвертом, пятом классе следовало бы давать первые понятия – что такое родина, государство, что означает быть латышом в Латвии.

Даце Каркла: Латвия для меня – то место, где я живу. Латвия для меня – это также латышский язык, то культурно-историческое наследие, которое окружает нас. Слово «Латвия» я, живя здесь, ощущаю иначе, чем когда уезжаю куда-то. Когда в других странах упоминают «Латвия», кажется, что у него другое излучение и наполнение. Какой бы маленькой не была наша страна, ее представляю с гордостью.

 

Я – Латвия!

Арнольд Штернс: Латвия – это нечто такое большое, такое святое, что не может быть выражено только словами. Это должно отображаться и в моей жизни. Когда в первые годы Пробуждения открыли памятный камень возле переезда кавалеру ордена Лачплесиса Альфреду Клестрову, звучал гимн Латвии. Многие молчали. Так и на других мероприятиях. Звучит гимн, но поют лишь некоторые. И так мы показываем свою принадлежность к Латвии. И отношение к работе, к обязанностям, которые выполняю, – это мое отношение к Латвии. Когда я был 16-17-летним парнем, вместе с другими сверстниками думал, где мы раздобудем патроны, как приведем в порядок автоматы, оружие, чтобы тогда, когда будут высылки, в лесу могли останавливать поезда и выпускать из вагонов людей, которых увозят из Латвии.

Сегодня подобное делать не нужно. Но и сегодня герои нужны. В повседневной жизни. Их не хватает. Иначе государство не дошло бы до такой ситуации, в какой мы сейчас. Ведь надо быть героем, чтобы отказаться от собственных благ. Героем должны быть отец и мать, чтобы семья держалась вместе и детей воспитывать вместе.

Для меня очень важен справочник нашей жизни – Библия, особенно слова: «Серьезно присмотрись, чтобы ты не забыл события, которые твои глаза видели, и чтобы они не исчезли из твоей памяти во все дни твоей жизни! И поставь о них в известность своих детей и детей своих детей!» Детям своих близких и знакомых об этом рассказываю, но в школы я был приглашен всего два раза за эти 17 лет: один раз – в Ницкую школу, один раз – в 15-ю среднюю школу.

Андис Бокумс: Каждый должен осознавать ту ценность, которую сам можешь дать Латвии, и надо нести имя Латвии в мир. Насколько каждый способен. Не все способны дать Латвии столько, сколько дала наш президент Вайра Вике-Фрейберга. Можно сказать: да, у нее была должность. Но Латвию представлять может каждый, даже школьник, если только осознает, что каждый, кто живет на этой земле, является маленькой частицей Латвии. О Латвии рассказывают осанка, поступки, даже внешний вид каждого нашего человека. Если каждый об этом подумает, постарается выполнять свою работу на совесть, то будет результат. Тогда и за границей с еще большей гордостью сможем говорить: «Я латыш».

Мы страна НАТО. Сотрудничая с другими странами в рамках НАТО, я тоже представляю свое государство. И тогда, когда участвую в совместных учениях, и находясь в зарубежных миссиях. Я был в самой первой миссии в Ираке в начале 2003 года. В составе американского контингента мы представляли Латвию. Находясь там, вместе с другими латвийскими военнослужащими продемонстрировали свои знания, смелость. Там и у иракцев, и у американцев, и у представителей миссии других народов возникло созданное также мною представление, что такое Латвия. Я слышал вопросы, было ли мне там страшно. Нет, не было, ведь находиться там было моим долгом по отношению к своему государству, так же, как переступить страх. В меня государство вкладывало деньги, обучая меня, я их, служа, должен отдать государству. Если мы не будем участвовать в таких миссиях, то в случае, если нам понадобится помощь, никто не поможет.

Я дважды учился также в Соединенных Штатах Америки. И там чувствовал себя представителем Латвии. Правда, для большинства американцев Латвия – понятие чуждое. В 1999 году они знали Европу и потом еще Англию, Францию, Германию и Россию. Когда я начинал говорить с ними, дискутировать, они удивлялись, что есть и такой латышский язык, что это даже не диалект русского языка. В 2004 году отношение уже было другим.

Могу утверждать, что не только я, а значительная часть людей, служащих в Латвийской армии, служат не ради денег, а потому, что являются патриотами Латвии. Если бы это было не так, лучше оплачиваемую работу они давно могли бы себе найти за границей. Те, кто остался у нас, хотят не уезжать, а создать такую Латвию здесь, которой мы сможем гордиться. Поэтому и в школе водолазов мы разрабатываем новые учебные программы, чтобы дать курсантам как можно более профессиональные знания и навыки. У нас учатся не только латвийские военнослужащие, но и граждане Эстонии, Литвы и других стран – Грузии, Азербайджана.

В школе водолазов мы организовываем также экскурсии для школьников. Чтобы рассказать им, как Латвию надо защищать, и показать, как это делаем мы. Мы также рекрутируем юношей и девушек на службу.

Агнесе Янсоне: Летом вместе с другими яунсаргами я представляла Латвию в Эстонии. Проходили разные международные соревнования с военным уклоном. Эстонцы рты разинули: Латвия всегда во всех дисциплинах была на первом месте. Этим мы заслужили уважение. Эстонцы даже произносили по-латышски те несколько слов, которые выучили. Было ясно видно, что они рады тому, что мы туда приехали.

Что еще могу сделать, чтобы быть хорошей представительницей Латвии? Учусь. Обычно говорят, что учатся для себя, но я учусь и для своей семьи.

Арнольд Штернс: Наверняка ведь Агнесе учится и для Латвии.

Агнесе Янсоне: Это так. И для Латвии. Точно так же и в яунсаргах. Но там легче, ведь наш тренер – мой папа Варис Янсонс. Но даже если бы папа не был земессаргом, возможно, я была бы в яунсаргах. Меня интересуют такие вещи. Нравится участвовать в летних слетах, нравится стрелять, хотя плечо побаливает от отдачи. Иногда думаю, что свое будущее свяжу с армией. Сейчас появились и другие интересы. Но обретенное в яунсаргах наверняка пригодится в жизни.

Даце Каркла: Было одно 18 ноября несколько лет назад возле педагогического института. Пускали ракеты, о чем-то говорили. В тот момент охватило глубокое волнение: я ведь тоже часть Латвии. Живу на этой земле. Принадлежу ей. Во время Пробуждения мне было 20 лет, я училась в Риге, видела баррикады, мое сердце было за то, что Латвия должна получить суверенитет, но столь глубоких чувств, как в тот праздничный вечер, не было. Во мне что-то раскрылось, текло через край. Это можно назвать и любовью к родине. Возможно, большое значение имело и то, что в то время я начала путешествовать по свету. Находясь вдали, свою идентичность ощущаешь острее. Если меня жизнь окончательно не принудит, я никогда не уеду на заработки за границу.

Что мы можем дать Латвии?

Арнольд Штернс: В первую очередь, следует глубоко осознать, что все мы, кто есть в Латвии, являемся ее частью. И наши родственники, соседи, часть общества, у которой есть всевозможные проблемы – беды, платежи, которые растут, и т.п. Что мы можем им дать? В первую очередь – сочувствие. Если человек ощущает, что ему сочувствуют, он не один. Мы можем помочь людям увидеть и хорошее, не только негативное. Хотя бы то, насколько красива природа, наш город. Это большое дело. Хотя бы сказать супругу: «Не так все страшно, что тебе надо вешать голову».

Правда, ситуация в Латвии не такая, как нам хотелось бы. 18 октября митинг возле Сейма, народное собрание на Домской площади свидетельствуют, что что-то не в порядке не только в материальном отношении. Когда я встречаюсь со своим соратником Арнисом Отрупсом, полушутя рассуждаем, что иногда ситуации такие, что хочется опять взять оружие в руки. Только мы его уже не можем поднять.

Чтобы Латвия изменилась к лучшему, мы все должны меняться. Наше счастье, благосостояние зависят от взаимоотношений. И в семье все в порядке, если есть понимание, уважение друг к другу. Так и с отношением к государству и обществу. И это отношение не изменится, если позволим, чтобы Бог вмешался в нашу жизнь. Он – тот, кто может нас сделать братьями и сестрами. Молитва нашего народа ведь гласит: «Боже, благослови Латвию!» Считаю, что Бог поможет и Калвитису, и Затлерсу снять те шоры, которые у них перед глазами, и позволить увидеть, как живут несчастные малоимущие семьи, почему муж или жена покидает дом и едет в Ирландию работать, почему не в состоянии здесь своих детей накормить и в школу отправить. Как живут пенсионеры. Некий художник на какой-то сходке услышал, как один премьер-министр говорит: «Для пенсионеров нечего инвестировать деньги, они все равно их спустят в унитаз». Таково отношение правящих к народу. Латвия, народ для таких ничего не значит, только свое хозяйство, свои доходы, свои кресла, будущее своих детей, которые учатся в Америке или в Англии. Мы их не интересуем. Чем раньше умирали бы, тем меньше бы у них было проблем. Мы до них не можем добраться. Только Бог. Мы должны молиться, чтобы Бог помог. Конечно, то, что ездим на пикеты, тоже что-то меняет в их мышлении. Помочь Латвии мы можем, если держимся все вместе. Но нельзя также забывать, что Латвия свободна. Я каждое утро благодарю Бога, что могу выйти на улицу, в магазин, что вокруг меня нет забора и в меня не целятся из пулемета. Это очень много. И верю, что будет хорошо. Что Бог нас проведет через эти процессы, испытания.

Андис Бокумс: На мой взгляд, масс-медиа следовало бы больше писать об исторических вещах и больше о позитивном, что преумножает гордость за свое государство. Не только о негативных явлениях. И не только критиковать политиков. Мы ведь сами избираем этот Сейм. Нам больше следовало бы работать с молодежью, чтобы она выросла настолько мудрой, что сумела бы выбрать таких председателей, таких депутатов, которые делали бы то, чего мы, народ, хотим. Большинство из тех, кто сегодня руководит Латвией, родились и выросли не в свободной Латвии. У них, как бы они ни старались, внутри этот советский штамп: урви для себя, что можешь урвать, то, что принадлежит всем, не принадлежит никому. Улучшить ситуацию мы сможем только тогда, когда вырастет новое свободное поколение. Конечно, пенсионерам горько, им надо кушать уже сегодня, а не через десять лет. Я надеюсь, что в своей жизни улучшения еще увижу.

Агнесе Янсоне: Моя просьба к тем, кто старше меня, не стесняйтесь приходить в школы, даже если вас особо не приглашают. Приходите, рассказывайте, кто такой Лачплесис, что такое Латвия! Мне посчастливилось, что у меня такие родители, для которых Латвия важна, которые о ней думают. В школах нужно больше мероприятий, акцентирующих государственный праздник. Уже с первого класса.

Каким будет будущее Латвии? Латвия будет. Но будет ли она латышской? Не знаю. Ведь у детей, моих сверстников, нет понимания, что это такое. Нет понимания, почему люди хотели бороться за свободную Латвию.

Даце Каркла: Каждый гражданин Латвии должен быть социально активным. Когда мы смотрим телепередачи, часто видим, что люди избегают отвечать на вопросы, касающиеся политики. Ну как можно жить в стране, не интересуясь, что происходит вокруг? От законов, которые сегодня принимаются, зависит также жизнь каждого индивидуума. То, что сейчас в стране столь напряженная ситуация, еще и потому, что в Латвии что-то не в порядке со времен восстановления независимости. И именно с честностью государственных деятелей. Дело о трех миллионах, кредит G24, дело банка «Балтия» были спланированными акциями. Бизнес перемешан с государственным управлением. Люди уезжают не только потому, что здесь много не заработаешь, но и потому, что атмосфера в стране угнетающая, что не видят стабильности в развитии государства. Однако неправда, что люди ничего не могут добиться. Если солидаризируются, выражают свое мнение, то могут и что-то изменить.

И действительно, больше надо работать со школьниками. Музей делает многое, чтобы побудить интересоваться историей народа, процессами, происходившими когда-то и происходящими нынче. Но хотелось бы, чтобы учителя истории были активнее. Музейный педагог проводит занятия за символическую плату. Посещение музея бесплатное. Мы обращались к методическому объединению учителей истории: «Приходите, преподавайте историю в музее». Редко кто сам здесь ведет уроки. Музейные экспонаты – это ведь живая история.

Мы выходим и за пределы музея. Сейчас в торговом центре «Остмала» находится подготовленная Янисом Гинтнерсом выставка о кавалерах военного ордена Лачплесиса. Люди, которые в повседневности в музей не ходят, видят там своих родственников, читают аннотации, звонят в музей, спрашивают, что где произошло. Возникает интерес, возрождается историческая память.

Достойно восхищения, где в 1918 году люди, никогда не видевшие, что такое Латвийское государство, взяли силы и самосознание, чтобы подняться на борьбу за него. Это был огромный Подвиг. Так же, как время баррикад, и последние события, которые подняли народ, свидетельствуют, что у латыша ген свободы внутри. Латыш по природе упорный, может выдержать много. Но есть минуты кризиса, когда мы способны объединиться, сплотиться и публично выразить свою позицию. Поэтому Латвия будет существовать.

Ливия Лейне,
«Курземес Вардс»

 

Арнольд Штернс: «Мы можем помочь людям увидеть и хорошее, не только негативное».

 

Агнесе Янсоне: «Приходите, рассказывайте, кто такой Лачплесис, что такое Латвия!»

 

Андис Бокумс: «Мы ведь сами избираем этот Сейм».

 

Даце Каркла: «Бизнес переплетен с госуправлением».

Šobrīd aktuāli

Distances līgums

Seko mums

Autorizēties

Reģistrēties

Klikšķini šeit, lai izvēlētos attēlu vai arī velc attēla failus un novieto tos šeit.

Spied šeit, lai izvēlētos attēlu.

Attēlam jābūt JPG formātā, max 10MB.

Reģistrēties

Lai pabeigtu reģistrēšanos, doties uz savu e-pastu un apstiprini savu e-pasta adresi!

Aizmirsu paroli

PALĪDZĒT IR VIEGLI!

Atslēdz reklāmu bloķētāju

Portāls liepajniekiem.lv jums piedāvā svarīgāko informāciju bez maksas. Taču žurnālistu darbam nepieciešami līdzekļi, ko spēj nodrošināt reklāma. Priecāsimies, ja atslēgsi savu reklāmu bloķēšanas programmu.

Kā atslēgt reklāmu bloķētāju

Pārlūka labajā pusē blakus adreses laukam ir bloķētāja ikoniņa.

Tā var būt kāda no šīm:

Uzklikšķini uz tās un atkarībā no bloķētāja veida spied uz:
- "Don`t run on pages on this site"
vai
- "Enabled on this site"
vai
spied uz