Суббота, 27. февраля Līva, Līvija, Andra

Надежные и актуальные новости в это время очень важны!

Подпишись на сообщения и будь информирован о самых важных событиях в Лиепае!

Подписаться

Мартышкин труд

Середина пятидесятых и начало шестидесятых, завод “Лиепайсельмаш”… На работу цеховым диспетчером меня принимал Олег Ленёв, позже ставший директором знаменитого рижского ВЭФа. Завод еще перестраивался после своего прежнего паровозо-вагоноремонтного статуса. В цеха заходили старые железнодорожные пути, ещё проложенные в мастерских Либаво-Роменской дороги. И это было время хрущёвского крикливого подъёма сельского хозяйства, так что предприятию самой судьбой было начертано «поднимать знамя трудовых побед».

Мартышкин труд
Многострадальные жатки-сноповязалки. (Foto: Кирилл Бобров.)
20.02.2021 06:00

Кирилл Бобров

liepajniekiem.lv

Atslēgvārdi

Но увиденное мною здесь сразу напрашивалось на сравнение с муравьиной кучей, в которую воткнули палку.

После окончания смены все мастера, механики и технологи ещё суетились, что-то доделывали, чтобы доложить о результатах дня на вечерней планёрке. Сам Ленёв никогда не показывал несдержанности как начальник цеха. Более того, чтобы разрядить напряжённость, иногда на совещании он вынимал из стола свежую газету и зачитывал очередной фельетон.

И жатки в нагрузку

Задачей диспетчера было ускорение подачи на сварку и сборку деталей из других цехов, учёт наиболее дефицитных из них и наличие последних на складе.

Слово “дефицит” стало на заводе наиболее часто употребляемым.

Работа в цехах организовывалась не только крепким или особо крепким словом. Были ещё разборы неудач, собрания и принятие всяких подстёгивающих повышенных соцобязательств. И вот в срочном порядке коллективу предписали осваивать серийный выпуск новой сельскохозяйственной машины – жатки-сноповязалки, разумеется, при одновременном производстве другой плановой продукции – кормоприготовительных комбайнов.

Опытная партия жаток должна была составить 200 машин. О начале работы было доложено в ЦК партии в Ригу. Тогдашний первый секретарь Ян Калнберзинь мог сам поинтересоваться, как идут дела, на заводе он бывал. Так что

отступать было некуда, жатки надо собирать, хотя разных технических неувязок возникало пруд пруди.

Некоторые детали поступали по кооперации с других заводов, причём и довольно отдалённых. Были частые задержки поставок, попадался брак. Приходилось работать в условиях штурмовщины. Некоторые долгожданные детали приносили на сборку от станков из механического цеха в буквальном смысле горячими.

В сборочном цехе не хватало нужных людей. Тогда горком партии распорядился собрать “с миру по нитке”. Каждое предприятие получило разнарядку – сколько опытных слесарей прислать на подмогу сельмашевцам. Выплачивали им их прежний средний заработок. Налицо стал перерасход фонда зарплаты, но на это уже смотрели сквозь пальцы, главное – не осрамиться, сдержать данное слово.

Но чем больше стало сборщиков, тем теснее становилось в цехе, работавшие стали мешать друг другу. Дополнительно к участку, отведённому для жаток в сборочном цехе, выделили еще небольшую площадку в ремонтно-механическом, не совсем для этого приспособленном. Всюду валялись негодные детали, рваный шпагат и солома, используемые для наглядного вязания снопов при испытании готовых машин.

Ну не спорилось дело, и всё!

Цеховые острословы сразу же окрестили такую работу мартышкиным трудом. Запланированное количество жаток первой партии пришлось несколько раз уменьшать, пока оно не упало до совсем обязательных сорока штук. Некоторые образцы разбирались и собирались заново.

Нужную партию изготовили, но никто из заводских инженеров не мог гарантировать, что эта техника будет нормально работать. Готовые жатки были вывезены на склад под открытым небом, находившийся за основной территорией завода. Потом с них снимали детали для сборки новых. Самым ценным из всего, что на них было, являлись покрышки колёс – одна тракторная, другая автомобильная, и воровали их нещадно. Выпуск жаток потом всё-таки был налажен…

Сегодня каждый знает, что любую произведённую промышленностью продукцию кто-то должен купить. Тогда техника селу планово “выделялась” сверху, и позже, когда основной продукцией наших машиностроителей стали погрузчики,

до завода не раз доходила информация о том, что на местах порой используются лишь трактора, а смонтированные на них нашими сельмашевцами агрегаты – это уже только металлолом.

Трактор нужен, а его не выделяют, что делать? Погрузчики были металлоёмкими, тяжёлыми, поэтому к ненужной работе следовало бы отнести и перевалку неоправданно большого объёма металла, где-то тоже, вероятно, дефицитного.

Печальная история Эдуарда

Продолжением темы ненужной работы может быть вспомнившаяся старая статья о лишних людях. Как правило, штаты всюду сокращали, а после работников потихоньку набирали вновь.

Однажды, это было уже в середине семидесятых, в редакцию газеты пришел инженер с завода “Лиепая”, некто Эдуард Жейба. Он занимался там механизацией и автоматизацией учёта материалов и деталей для выпуска детских колясок. Мы тогда сфотографировали новатора на фоне его единолично сделанной механической вычислительной машины, в белой сорочке с галстуком, так сказать, прославили. Руководство завода отнеслось к этому положительно. Новшество Эдуарда неминуемо вело также к сокращению заводских товароведов, занятых  в снабжении.

Беда же изобретателя проявилась в том, что он не удовлетворился достигнутым

и стал предлагать свой метод другим предприятиям, в том числе рижским. Главное, отовсюду, даже из одного института, приходили положительные отзывы.

Жейба уже заключал договоры на внедрение своей учётной технологии. Мне довелось наблюдать такой процесс  на нашем мясокомбинате. Но ведь должны же были когда-то прийти в движение люди, под началом которых в будущем пройдёт сокращение. И они нашлись. И стали писать жалобы.

Как известно, аппетит приходит во время еды, и

Эдуард, было похоже, наивно задумал приспособить свои принципы ко всему народному хозяйству огромной страны!

Это не поддержал ни совет общества рационализаторов и изобретателей, ни горком партии. Зачем им лишние жалобы?  Пусть на местах лишних увольняют сами. Жалобы же пойдут и “наверх”, потом отписывайся. Поэтому наша история закончилась весьма печально. Новатора умело поставили на учёт в психиатрической больнице.

Что тут могла поделать газета, на которую надеялся автор новшества? Она же сама была подотчётна горкому.

Со статьёй в поддержку Э.Жейбы тогдашний “Коммунист” всё же выступил, но тут уже противникам нового потребовалось защищать честь своего мундира, и

в статье между строк они увидели… искажение экономической политики партии.

Вот как! Увлекшись своими разработками, Эдуард не понимал, что вылечить раздутый социализм так просто нельзя, что нужны совсем другие общественные отношения.

Популярные

Войти

Регистрироваться

Klikšķini šeit, lai izvēlētos attēlu vai arī velc attēla failus un novieto tos šeit.

Spied šeit, lai izvēlētos attēlu.

Снимок должен быть в формате JPG, максимальный объем - 10Mb.

Регистрироваться

Lai pabeigtu reģistrēšanos, doties uz savu e-pastu un apstiprini savu e-pasta adresi!

Забыл пароль

PALĪDZĒT IR VIEGLI!

Atslēdz reklāmu bloķētāju

Portāls liepajniekiem.lv jums piedāvā svarīgāko informāciju bez maksas. Taču žurnālistu darbam nepieciešami līdzekļi, ko spēj nodrošināt reklāma. Priecāsimies, ja atslēgsi savu reklāmu bloķēšanas programmu.

Kā atslēgt reklāmu bloķētāju

Pārlūka labajā pusē blakus adreses laukam ir bloķētāja ikoniņa.

Tā var būt kāda no šīm:

Uzklikšķini uz tās un atkarībā no bloķētāja veida spied uz:
- "Don`t run on pages on this site"
vai
- "Enabled on this site"
vai
spied uz