Чтобы обеспечить удобное пользование порталом и улучшить функциональность, мы используем файлы cookie. Продолжив смотреть эту страницу, Вы соглашаетесь на сохранение файлов cookies в памяти вашего электронного устройства. Продолжить Больше информации

Понедельник, 11. ноября

Именины: Nellija, Ojārs, Rainers

Эта работа должна нравиться

«Я вообще не понимаю, как можно окончить медицинский, если не нравится то, что мы делаем. Это  невозможно», – считает травматолог, ортопед и хирург МАРИС ЛЕЙТЛАНДС. Он в Лиепайской региональной больнице работает почти десять лет и признает, что место работы менять не собирается. Однако по дополнительной работе ему иногда приходится ездить за границу.

– Расскажите, что вы в конце мая делали в Германии?

– Есть такая немецкая компания «Артрекс», которая производит разного рода медицинское оборудование для ортопедических операций. С ними я работаю вот уже примерно три года – побывал на конгрессе по хирургии стопы мирового уровня и пришел к выводу, что медицинское оборудование упомянутого предприятия может быть лучшим выбором для работы. Наша больница заключила договор с представителем в Балтийском регионе, и мы работаем с имплантами этой компании. Каждый год «Артрекс» проводит курсы, на которых читают лекции и проводится практическое обучение, когда операции делаются на трупах. Я сам на этих курсах побывал более двух лет назад, и там специалисты высоко оценили мои знания на тот момент, быстро поняли, что я хорошо владею русским языком, поэтому предложили мне вести курсы этого уровня для целевой аудитории из России. Сначала они приехали в больницу посмотреть, как я работаю. Представителям Германии все очень понравилось – наши операционные залы, стиль и организация работы. Таким образом, меня пригласили в качестве инструктора преподавать курсы по хирургии стопы.

Мероприятие состоялось в конце мая и продолжалось три дня. Я читал лекции, изложил теорию, затем показал, как практически проводятся операции.

– Вы вели лишь конкретные курсы или поедете еще преподавать?

– Мне прислали отзывы российской аудитории, и можно сделать вывод, что им очень понравилось. Из 40 человек, которым я преподавал, немногим более 20 решили приехать в Лиепаю и поучиться у меня. Поэтому ясно, что как только «Артрекс» организует подобное мероприятие для российской аудитории, они снова пригласят меня. К счастью, это не будет слишком часто.

– Почему к счастью?

– Мне не нравится ездить за границу, летать тоже не нравится. И преподавать не так-то просто. Необходима серьезная работа, чтобы вообще подготовить лекцию.

Моя цель, почему я все это начал: это было не ради финансов, а потому, что подобные курсы открывают возможности. Во-первых, я могу получить доступ к новейшим имплантам по совсем другой цене, поскольку я числюсь в их команде работником. В результате, наши люди могу получить более качественные импланты и операции. Во-вторых, у меня есть доступ к журналам мировой медицины, который так просто не получишь. Благодаря этому у меня есть возможность показать на мировом уровне, что и в Латвии, в таком сравнительно небольшом городе как Лиепая, проводится в среднем 300 операций на стопах в год.

– Вы никогда не подумывали о смене места работы?

–Нет. Лиепайская региональная больница мне очень нравится, это фантастическое учреждение. Есть возможность проводить операции разного уровня и степени сложности, здесь все доступно. На каком бы уровне ни находилась государственная медицина, людям здесь она все-таки доступна. Сколько нам квоты позволяют оперировать, столько и оперируем. Чтобы сделать адекватную операцию стопы с имплантами, за простую коррекцию нужно заплатить как минимум полторы тысячи евро. Если говорить об операции в несколько уровней, то это уже стоит пару десятков тысяч евро. Если я скажу человеку, что за операцию нужно заплатить двадцать тысяч евро, откуда он возьмет эти деньги?

– Некоторым кажется, что в Риге больше возможностей.

– Многие рижане приезжают в Лиепаю, и они очень довольны. Уже давно стало мифом то, что все хорошее – только в Риге. Я прежде говорил и буду говорить: роль играет не место, а специалист. И в гинекологии подобная ситуация. К доктору Аргалису многие едут на эндопротезирование – в Риге в очереди нужно ждать три-четыре года, а у нас – полгода. Вполне нормальный срок, чтобы подготовиться к операции. Очень быстро люди это поняли, поэтому приезжают сюда, и мы их оперируем.

То, что предлагают в Риге, практически является частной медициной, и цены по меньшей мере вдвое выше, чем в Лиепае. Те, кто занимается этим по государственной программе, так загружены работой, что не справляются. Те, кто хочет, едут в Ригу, а кто хочет, приезжает сюда. Нельзя сказать, что в столице специалистов пруд пруди. На пальцах одной руки можно сосчитать в Латвии таких специалистов, которые могут сделать сложную операцию стопы и делают это с интересом.

– Как вы решили давать консультации и в столице?

– Получилось так, что мой друг, тоже врач, пострадал в аварии и попросил меня помочь уладить его дела, принимать его пациентов. Я стал туда ездить, какое-то время помогал справляться с незавершенными им работами. Получилось так, что руководство медицинского центра «АРС» сказало: нам нравится, как вы работаете, приходите к нам. Я понял, что чаще двух раз в месяц не смогу, они с этим согласились. Согласился также руководитель больницы Эдвин Стрикс – большое ему за это спасибо. Теперь вижу, что рижский поток начинает появляться и у нас. И не только – также из Ливаны, Резекне, Даугавпилса пациенты приезжают в Лиепаю.

– С какими жалобами к вам обращаются чаще всего?

– В основном это деформация стоп, так называемые кривые большие пальцы. Часто возникает плоскостопие, но не такое, какое бывает с рождения, а образовавшееся со временем, поскольку суставы не выдерживают нагрузку, связки постепенно рвутся и стопа оседает. Таких случаев в последнее время много. Также нередко бывают травмы лодыжек, где элементарное растяжение превращается в трехуровневую стабилизацию связок суставов стопы.

– Почему?

– Травму лодыжки довольно трудно точно диагностировать. Человек приезжает в травмпункт, нога распухла, болит. Ему делают рентген и фиксируют. Потом он идет к травматологу и говорит, что все еще болит – ему чаще всего рекомендуют смазывать мазью и поставить фиксатор. Проходит еще несколько недель. Вроде бы болит, а человек снова начинает заниматься спортом, появляется ощущение нестабильности. Так это и затягивается. Мало таких специалистов, которые знают стопу настолько специфически. Это было раньше, когда хирург знал все и мог все, такого давно уже нет. Если бы меня сейчас заставили что-то сделать в области живота, я основное сумел бы, но на этом и все. Когда я изучал хирургию брюшной полости, через полгода казалось – понимаю, что там происходит, а через год вообще ничего не понимал. Нельзя знать все и предвидеть все шаги наперед.

– Но ведь какие-то прогнозы в вашей работе должны быть?

– Качество играет большую роль, тогда и можно знать, как будет. Хотя с имплантами, с «Артрекс», я четко знаю, как сделать операцию и сколько времени на это уйдет. С китайскими имплантами бывает по-всякому. И, в конце концов, они еще могут сломаться. А в целом можно сказать – это медицина, все может случиться. Любая операция, любая манипуляция – это все-таки риск.

В свою очередь, о результате: рентген или какие-то другие показатели мне ни о чем не говорят. Только человек может сказать – лучше ему или нет, доволен ли он операцией.

– Бывают и недовольные?

– Иногда у людей бывает завышенные ожидания. Всегда нужно понимать, что идеальную стопу мы сделать не можем. Во всем есть предел. Также иногда мы оперируем людей преклонного возраста, у которых уже возникли изменения в суставах, поэтому при исправлении деформации может что-то измениться в другом месте. С изменением анатомии боль может появиться там, где раньше ее не было. Бывают случаи, когда лучше не оперировать или больше не оперировать.

– Мне кажется, чаще всего на медицинских работников жалуются из-за коммуникации.

– Правда, с людьми нужно говорить, тогда все будет в порядке. Но разговор доложен быть коротким и конкретным – нам не нужно говорить о жизни вообще. Люди сами этого не особенно желают, потому что это все требует времени. Пациенты вообще сегодня очень умные. Заранее обо всем прочли и все знают – где, как и почему его будут оперировать.

– Нельзя ли сказать, что в Интернете часто пишут всякие глупости?

– В основном это так. Но это нормально. Информация в Интернете такая, какая она есть. Однако это не вредит, я как раз пациентам говорю: читайте, читайте! Чем больше он прочтет, тем легче мне будет рассказывать. Если кто-то мне говорит – а в Интернете было написано так, то я прошу его показать, где он это видел. Может быть, есть что-то такое, чего я не знаю. Мы вместе садимся за компьютер, открываем, я смотрю. Тогда и говорю, что это не совсем медицинская страница, а научно-популярная, ей не стоит особенно доверять. Но важно это объяснить.

– В какой мере люди готовы сотрудничать с врачом?

– Очень важно, чтобы человек сам пришел и сказал, что он хочет сделать операцию. Это означает, что он испробовал все. Начиная с физиотерапии и кончая знахарями. Если он реально хочет сделать операцию, результат всегда будет лучше, чем если бы я попытался его уговорить – этого я никогда не делаю. В среднем очереди на государственные операции нужно ждать два года, но в этой сфере это даже хорошо. За два года он может как следует подумать, действительно ли хочет делать операцию. Когда им звонят и говорят, что подошла очередь, все-таки большинство отказывается.

– Что самое трудное в вашей работе?

– Найти время для семьи. Без преувеличения, 90 процентов своего времени я провожу на работе. Но ведь хочется побыть и с семьей. У нас с женой фантастическая собака, она тоже хочет общаться. Жена, оказывается, тоже хочет поговорить. (Смеется.) Но после полутора суток, проведенных в больнице, можете себе представить, как мне хочется с кем-то говорить. Со временем непременно придется искать компромисс, но пока уменьшить количество часов приема не могу, это означало бы, что я не смогу отобрать тех пациентов, которым действительно нужна операция. Отбор дикий – в неделю в среднем я консультирую 150 человек, из них трем – пяти нужна операция, в остальных случаях проблему можно решить иначе.

– А если все-таки остается немного свободного времени, как вы его предпочитаете проводить?

– Езжу в Руцаву, у меня там хутор, где я могу спокойно отдохнуть, покопаться в земле, поиграть с собакой, что-то построить, в саду поработать, под яблоней посидеть. Это, в принципе, единственное, что спасает от всего этого, – можно отключить мозг. Если в больнице не дежурит кто-то из резидентов, отключаю телефон. Так я отдыхаю.

 

\ В 2015 году газета "Курземес вардс" рассказала о проделанной Марисом Лейтландсом (справа) уникальной операции, в ходе которой он вместе с рижским коллегой Мартиньшем Малзубрисом исправил молодой лиепайчанке врожденную деформацию стопы. «Недавно мы провели подобную четырехчасовую операцию, но даже более сложную – стопа практически была сжата в кулачок», – рассказал врач.

Фото Гирта Гертсона.

 

Фото из архива "Курземес вардс".

 

ВИЗИТНАЯ КАРТОЧКА

МАРИС ЛЕЙТЛАНДС

* Родился 20 января 1986 года в Риге.

* Медицину изучал в Рижском университета им.П.Страдыня.

* В Лиепайской региональной больнице работает с 2010 года, травматолог, ортопед и хирург стопы.

* В мае в Германии вел курсы для врачей, желающих работать с продукцией производителя медицинского оборудования «Артрекс».

* Живет вместе с женой Алесей.

* Свободное время с удовольствием проводит на селе.

 

 

  • Комментарии (0)
  • 0
  • 0
  • 0
+ просмотреть все Осталось символов: 500

Добавить комментарий

Портал liepajniekiem.lv не несет ответственности за добавленные к статьям комментарии. Призываем соблюдать толерантность, рамки приличия и обходиться без грубости.

На портале запрещено размещать:
- Неэтичные, грубые комментарии, комментарии, которые предоставляют лживую информацию,
- Комментарии, которые противоречат законодательству ЛР,
- Комментарии, расистского характера и разжигающие этническую нетерпимость,
-Информацию коммерческого характера или любого рода рекламу и агитацию.

В случае несоблюдения правил, liepajniekiem.lv имеет право удалять комментарии, закрывать доступ к комментариям и сообщать правоохранительным органам.

Внимание!!!
Чтобы снизить возможности на портале манипулировать мнением и настроением комментаторов, комментарии, авторы которых участвуют в дискуссиях под разными никами, будут выделены серым цветом. Так как этот процесс технический, то возможны ситуации, при которых окрашенные комментарии могут быть не от одного автора, или же неокрашенные комментарии могло писать одно и то же лицо.

Pamanīji neatbilstošu saturu? Būsim pateicīgi, ka par to informēsi mūs!